← Оглавление

Оружейная палата: чародейство

Магия и порча в равной мере пропитывают улицы Калимпорта, и уникальных волшебных предметов в этом городе больше, чем в любом другом — быть может, за исключением Сребролуния и Глубоководья. Ниже перечислены разнообразные предметы и артефакты — все с историями, впечатляющими не менее их сил. Их облик описан подробно, и именно эта подробность нередко становится причиной, по которой предметы теряются для тех, кто их ищет: важность самого рассказа не раз меняла легендарный облик вещи ради красивой истории, и люди порой забывают, как в действительности выглядит предмет или что он на самом деле умеет. Так, учитывая пышность калишитских легенд и мифов, многие бывают разочарованы, обнаружив, что «Кувалда Марина» — вещь, которой приписывают мироломные силы, — на поверку оказывается обычным молотом громовых ударов.

Боевой плащ Викаэны

На первый взгляд это просто пышный плащ из изумрудно-зелёного шёлка, отделанный золотой нитью, — но приметен он своими застёжками. Толстые, золотые, с крошечным изумрудом в центре каждой, застёжки представляют собой большие диски, гравированные гербом меча и щита дома Асада — давно угасшего мемнонского клана Седьмой эпохи Калимшана.

История утратила происхождение кровной вражды между домом Асада и домом Наджар из Альмрайвена. Известно лишь, что ненависть зародилась в первые десятилетия VI века Летоисчисления Долин, когда оба дома создали предметы силы для помощи своим сыновьям в распре, и что оба дома угасли к концу Седьмой эпохи. После их падения предметы либо были уничтожены, либо перешли в чужие руки; из них всех современным Королевствам известны лишь Боевой плащ Викаэны и Плащ оружия Наджара. Со времени падения Эль-Асады боевой плащ носили более двухсот воинов и жрецов, и он побывал в столь далёких краях, как Лускан, Дамара и Драконья Стена Шоу Лунга.

Боевой плащ магически даёт КД5 и бонус +1 к спасброску против заклинаний. Эти преимущества сводятся на нет, если под плащом надет физический доспех. Однако главное его назначение кроется в золотых застёжках, способных магически хранить внутри себя один меч (размером до полуторного) и один щит (до большого круглого) — скрытые от посторонних глаз. Владельцу достаточно коснуться застёжек (обычно скрестив руки на груди — правой рукой хватая меч, левой принимая щит), чтобы высвободить спрятанное. Меч и щит мгновенно возникают в руках владельца и могут быть призваны и пущены в ход в тот же раунд с штрафом лишь в +1 к инициативе. Хранимые предметы могут быть волшебными, но не должны превышать указанных размеров, а сами диски не могут вмещать ничего, кроме одного меча и одного щита. Персонажи могут поместить в боевой плащ собственное оружие, либо он может быть «пуст», если его находят.

Последнее известное местонахождение: последний подтверждённый случай, когда плащ видели, — Битва за Кзелтер. Аданх йи Альмрайвен, прежде ничем не примечательный калишитский наёмник в тетирском гарнизоне, применил боевые навыки и магию плаща с большим успехом, удерживая шлемоносных ужасов и их жреческих повелителей на городской площади и позволив множеству других солдат бежать с павших позиций. Поскольку Аданх не пережил падение Кзелтера, боевой плащ ныне находится в руках Тельдорна Даркхоупа. Учитывая его чужеземное происхождение и незнание местной истории, он, вероятно, даже не подозревает об истинной силе предмета, которым владеет, и попросту носит его как декоративный плащ.

Кодекс Теалнаккар

Кодекс Теалнаккар — массивный, окованный латунью том два фута в квадрате, созданный более тысячи лет назад мудрецом-магом Теалнаком из Мемнона. Хотя он содержит и собственную книгу заклинаний Теалнака на своих семидесяти тиснёных медных страницах, последние пятнадцать страниц выполнены из тщательно обработанного дларуна (редкого металла полуросличьего происхождения) — на них подробно описаны зачарование и создание того, что Теалнак называл «Мозаиками Савилара», но большинство людей попросту зовут калишитскими мозаиками (см. ниже).

Теалнак был младшим друзиром в Мемноне, и история сохранила о нём память как о человеке приятном и честном — по крайней мере, в сравнении с современниками. Как единственный уцелевший ученик великого мага Савилара из Талагата и сам по себе выдающийся волшебник, именно Теалнаку выпало записать величайший труд своего наставника. Более того, знание о мозаичной магии и передача Кодекса во владение Его Императорскому Величеству Шуну VII принесли Теалнаку правление над Хаккаматом Озера Амин (современным озером Венг в Амне).

Книга заклинаний Теалнака занимает основную часть страниц; в ней содержатся следующие заклинания: 1-й круг — пляшущие огоньки, обнаружение магии, смазка, удержание портала, опознание, волшебная стрела, послание, чтение магии, ошеломляющее касание, сон; 2-й круг — обнаружение зла, глухота, туманное облако, забвение, раздражение, зеркальное отражение, призыв роя; 3-й круг — рассеивание магии, огненная стрела, полёт, ненависть, удержание личности, замедление, вампирическое касание; 4-й круг — очарование чудовища, зараза, дверь измерений, дуэмерфлоу, зачарованное оружие, оплошность, ледяная буря, плотный туман, стена льда; 5-й круг — приостановка, продвинутая иллюзия, вмешивающаяся рука Бигби, конус холода, изготовление, фокусирующий камень*, стенохождение, видимость; 6-й круг — цепная молния, чрезвычайное положение, туман смерти, опутывание, запрограммированная иллюзия; 7-й круг — отложенный огненный шар, слово силы: оглушение, обращение заклинания; 8-й круг — антипатия-симпатия, связывание, зажигательное облако, символ; 9-й круг — истощение энергии, предвидение, слово силы: смерть, призматическая сфера.

*Заклинания, отмеченные звёздочкой, подробно описаны в «Путеводителе Воло по всему магическому» (TSR 09535). Тем, у кого этого источника нет, можно заменить эти заклинания другими.

Сведения о редких зачарованиях калишитских мозаик занимают последние пятнадцать страниц тома. Хотя многие полагают, что эти страницы содержат полноценные заклинания, позволяющие быстро освоить эту магию, на деле они скорее напоминают рабочие тетради и теоретические заметки о зачарованиях и о том, как приспособить уже существующие методы зачарования для общинных мозаик.

Первые пять страниц посвящены основам материалов и их подготовке к зачарованию. Среди заметок — рассуждения о камнях, самоцветах и иных материалах и о том, какой из них лучше всего подходит для того или иного вида мозаичной магии. Например, лазурит необходим для любых эффектов очарования, тогда как бирюзовая крошка или гранаты нужны для любой магии с наступательным (наносящим урон) действием, встроенным в мозаику.

Вторые пять страниц посвящены собственно основным чарам. Всего существует семь отдельных процедур зачарования, участвующих в создании мозаик, и все они должны накладываться при особых условиях и с особой подготовкой. Они не перечислены как отдельные заклинания, поскольку во многом повторяют «Заклинания зачарования предметов волшебника» из «Путеводителя Воло по всему магическому» и являются, скорее, их адаптациями, нежели самостоятельными заклинаниями. В томе Теалнака они носят неофициальные названия, нацарапанные на полях; впоследствии в «Пагине» им были даны более официальные имена, приведённые ниже. Процесс создания калишитских мозаик следует этим чарам в указанном порядке:

(лист обрывается — конец страницы)

…или же маг-художник может провести за работой целые дни. Время зависит и от сложности магии, вплетённой в мозаику, и от размера и сложности самого узора, и от мастерства заклинателя. В пронизанном заботой о статусе калишитском обществе силы, заключённые в мозаиках, зачастую куда менее важны, чем то, какой статус придаёт их владельцу сама красота узора.

Последние пять страниц содержат дополнительные заклинания и способы, которыми узоры мозаик можно нарушить, изменить или отменить. Поскольку эти сведения были утрачены на многие века, надёжных данных об этих заклинаниях и изменениях не сохранилось, хотя легенды говорят о заклинаниях, способных наслаивать магические эффекты в мозаиках, позволяя накладывать два и более заклинания за раунд, о заклинаниях, позволявших активировать заранее заложенные чары прикосновением или усилием воли, и даже о заклинаниях, способных разом привести в действие всю магию мозаик. Именно такой эффект, по преданию, стал причиной полного разрушения виллы паши Ваалахадина и поджёг пожар, охвативший Калимпорт в Год Рыси (1189 ЛД).

Пагина Савилара

Заключительный раздел тома был некогда переписан и предоставлен многим магам Империи Шун под названием «Пагина Савилара» по приказу кайсары Шаани — её советники убедили её раскрыть многие магические тайны, хранимые её отцом Шуном VII. Считается, что все копии «Пагины» утрачены или уничтожены после падения власти Шунов. Таким образом, единственный полный источник, из которого можно заново обучиться зачарованию мозаик, — сам Кодекс.

Последнее известное местонахождение (Кодекс): после Пожара Шунаха синий змей Ириклагатра разграбил многие уголки Шунаха, и поскольку немногие могли ей противостоять, она присвоила себе большую часть волшебных и денежных сокровищ державы. Этот враг всех кайсаров Шуна начиная с Шуна VI подчистую вымела императорские сокровищницы и Императорский дворец, и среди сокровищ Шунов оказался и Кодекс Теалнаккар. Немногие уцелевшие из числа многочисленных искателей приключений, пытавшихся одолеть Ириклагатру, отметили, что множество великих артефактов Шунов заметно возвышается над её грудой сокровищ, — и Кодекс был среди них.

Последнее известное местонахождение (Пагина): как уже говорилось выше, ни одной известной полной копии «Пагины Савилара» ныне не существует в Фаэруне. Однако Лаэраль Среброрука-Арунсун хранит неполную копию первой половины «Пагины» в Чёрной Башне Глубоководья. Она знает основы их построения и первые два зачарования, но ей недостаёт постоянных связующих чар и секретов изменения мозаик ради новых эффектов; таким образом, она способна создавать лишь ограниченную мозаичную магию, лишённую постоянства или большой силы. Свитки она приобрела в Скуллпорте, но не поделилась их тайнами ни с кем, кроме Хелбена. Она уже более пятидесяти лет ищет…

Калишитские мозаики

Почти неслыханная за пределами Империй Сияющего моря магическая конструкция: древние маги Империи Шун изобрели способ вплетать магию в мозаичную каменную кладку, позволяя размещать волшебные эффекты на полах или внутри стен. Калишитские мозаики представляют собой хрупкое, но прекрасное слияние магии и каменной кладки — зачастую это статичные очаги силы, почти подобные зонам мёртвой или дикой магии, но при этом действующие как обычные заклинания и предметы. Спасброски против эффектов мозаики совершаются со штрафом −1, если человек находится в физическом контакте с мозаикой (−2, если касается голой кожей), и с бонусом +1, если контакт установлен лишь одной конечностью. Если не указано иное, длительность эффектов мозаики обычно составляет 1d10 раундов (причём эффект порой продолжается и после прекращения контакта с мозаикой). Многие наступательные эффекты (огненные удары, волшебные стрелы, силовая клетка и т. п.) мгновенны и срабатывают в момент контакта (с показателем инициативы 2).

В целом калишитские мозаики подражают заклинаниям и эффектам точно так же, как волшебные жезлы и кольца. Иными словами, если чары или магию можно вложить в кольцо или жезл, их с небольшими изменениями можно встроить и в мозаичный узор. Примеры мозаик времён Империи Шун:

(текст продолжается на следующей странице)

…такие сдвоенные телепортационные мозаики, были утрачены; сегодня возможно зачаровать мозаику для заданного места, но такое перемещение возможно лишь в одну сторону. Более десятка агентов силь-паши (который желает заполучить эти мозаики, чтобы обеспечить быстрое перемещение из своего двора в другие центры силы) были отправлены в Шунах для изучения старых мозаик, и ни один из них не вернулся;

Бездонная сума Сарефа Аднана

На первый взгляд это просто кожаная сума из бычьей шкуры с серебряной нитью, вышивающей родовой герб по всей поверхности и вдоль всех швов. Герб неузнаваем для геральдистов Севера, но всякий, кто родом от Амна и южнее, опознает в нём герб давно угасшего дома Аднан и поймёт, что перед ним — легендарная бездонная сума Сарефа Аднана. Хотя большинство при виде столь известного предмета испытывают жажду обладания, те, кто знает о бездонной суме, спешат от неё держаться подальше и редко желают оставаться рядом с ней, порой вскрикивая от ужаса, если её открывают в их присутствии.

Сареф Сулак ин Хамас эль Аднан был одним из самых доверенных слуг Шуна II и служил кайсару главным «собирателем» редких древностей и магии. Эту суму он получил в дар от кайсара за помощь в «избавлении от некоторых неприятностей» (то есть за убийство ряда мятежных тетирских клановых лордов) в Год Драконьей Звезды (99 ЛД). После этого Сареф Аднан никогда не путешествовал без своей бездонной сумы. Многие рассказы повествуют о странных и удивительных вещах, которые он извлекал из этого сокровища, — от целых сундуков золота до живого тигра из Шаара! Однако, при всей магии и политической власти, которыми он располагал, и при всём отточенном мастерстве убийцы, он всё же пал жертвой болезни.

Поскольку он всей душой поддерживал осквернение и разграбление многих храмов всех вер во имя кайсара, ни один жрец не желал его исцелять — пока в Год Павших Стражей (111 ЛД) не явился незнакомец. Этот странник, жрец Маски, переодетый мирским последователем Лейры, дал обессилевшему сарефу три зелья в обмен на бездонную суму, и отчаявшийся сареф согласился. Как только сума была отдана, жрец исчез, а зелья оказались всего лишь светящейся водой. Так некогда грозный Сареф Аднан умер в одиночестве и безумии в своей вилле среди Раламнишских угодий, а вместе с ним было утрачено и то, что дало ему имя.

На первый взгляд бездонная сума — это лишь изменённая сумка хранения максимального объёма. Если человек так ничего больше о ней не узнает, для него она этим и останется. Однако придворные волшебники Шуна вложили в неё командное слово, позволявшее Сарефу Аднану немедленно телепортировать содержимое сумы к давно скрытому кладу сокровищ. Второе командное слово мгновенно меняло содержимое сумы на предметы из другого места — часто из оружейной его собственного дома. Многие из искавших бездонную суму на самом деле лишь пытались отыскать давно потерянное местонахождение сокровищ Аднана; все попытки отправить людей через бездонную суму в скрытую сокровищницу заканчивались гибелью посланных. Слухи, впрочем, до сих пор ходят, и некоторые полагают, что сокровища лежат либо в Малых Зубах к западу от Крепости-холма Ишла (неподалёку от бывшей виллы сарефа), либо в родовой гробнице в Дебуккере — городе гробниц Шунаха. Разумеется, имена на гробницах уничтожены, а многие наземные усыпальницы лежат в руинах, что эффективно преграждает доступ (даже если бы кому-то удалось миновать сотни нежити и прочих чудовищ). Сокровища сарефа по-прежнему покоятся в тайной палате под главными гробницами, и древние богатства и магия, там хранящиеся, способны соблазнить саму Уокин.

Последнее известное местонахождение: с момента похищения из рук сарефа более 1200 лет назад сума прошла через тысячи рук, редко задерживаясь у одного владельца дольше года. Некоторые говорят, что призрак сарефа тянется и хватает руку владельца сумы на пятидесятое открытие бездонной сумы, а таинственные исчезновения её обладателей порождают больше загадок, чем ответов. В последний раз суму видели в руках вора-домушника Риама Торгласера (ЗН чм П8) из Приапурла, полагавшего, что те, кто предупреждал его об опасной репутации предмета, просто пытались отнять её у него.

Туфли Халасахра

Эти алые шёлковые туфли отделаны золотой нитью, а с загнутых носков поблёскивают гранаты. Роскошные на вид и на ощупь, туфли неподвластны износу и потёртостям, и их можно носить, как крепкие сапоги (не чувствуя боли от камней, неровных дорог и тому подобного). Созданные в Год Амареля (1210 ЛД), они были туфлями любимой жасины Халасахра Рыжего — высокопоставленного визара и волшебника из Альмрайвена. Туфли похитили в ту ночь, когда Халасахра и его наложницу убили во сне рундинские наёмные убийцы.

Туфли Халасахра позволяют превратить любой ковёр в летающий, стоит лишь ступить на него обеими туфлями и пожелать полёта. Прежде считалось, что действие ограничено одним человеком или только коврами, но позже выяснилось, что туфли Халасахра способны поднять в воздух любой независимый предмет размером не более пяти футов по стороне и весом не более 25 фунтов. Подвижная поверхность движется со скоростью 18 (Б) в течение до трёх часов в день и способна нести вес носящего туфли плюс дополнительно 25% (то есть одного человека со снаряжением) до максимума в 330 фунтов, прежде чем магия туфель перестанет удерживать предмет в воздухе.

Последнее известное местонахождение: в последний раз туфли использовались, по имеющимся сведениям, во время походов против Туйганской орды. Молодой человек по имени Иден (БГ чм В3), доброволец-воин, по всей видимости, нашёл их на теле мертвеца в Зачарованных чертогах Вечерней Звезды и методом проб и ошибок освоил их магию. Туфли позволяли ему парить над прочими войсками в сражениях с туйганами, используя щит как летающую поверхность. Он пережил Войну с Ордой, но позднее, как сообщалось, погиб в бою с троллями в Туньском болоте в Год Знамени (1368 ЛД). Нынешнее местонахождение туфель Халасахра остаётся загадкой.

Доспешная перевязь защиты

Эти простые перекрещённые перевязи из кожи, кольчужного плетения или иных гибких материалов почти неизвестны за пределами Калимшана, хотя за последние три десятилетия они стали весьма популярными ценными магическими предметами в Империях Сияющего моря. Созданные Гильдиями Аркана и редко отличающиеся от базового образца, перевязи действуют подобно наручам защиты и магически дают фиксированный Класс Доспеха без неудобств ношения настоящих доспехов в жару.

Бросок d100 Класс Доспеха
01–05 8
06–15 7
16–35 6
36–60 5
61–80 4
81–90 3
91–95 2
96–98 1
99–00 0

Кольца Джанайры

Эти изумительные кольца не похожи ни на что, виденное в Землях Паши со времён Эры Небесного Огня. В отличие от большинства волшебных колец, представляющих собой металлические обручи (порой с вставленными или закреплёнными самоцветами), эти три кольца целиком вырезаны из крупных самоцветов — сапфира, изумруда и гагата. Их внутренняя поверхность гладкая, тогда как внешние грани искусно огранены и играют светом, отбрасывая цветные блики на руку носителя.

Многие помнят легенды о великой архимаге Джанайре, но знают её меньше по её величайшим трудам, чем по тому факту, что она пыталась положить конец правлению Шуна IV и вернуть свободу и Тетиру, и Калимшану под властью собственных правителей. Будучи прекрасной и искусной в магии первой женой высокопоставленного шунского назира (наместника), тетирская по рождению Джанайра имела доступ к Имперской горе в Шунахе и втёрлась в доверие к другим волшебникам при дворе Шуна IV. Она создала немало могущественных предметов, но величайшими её творениями стали эти три кольца и великий Свод Тайн (ныне известный просто как «Том Джанайры»). Подробнее об истории колец и тома см. раздел «Артефакты» ниже.

После падения Джанайры кольца рассеялись (как и было задумано) и с тех пор служили многим хозяевам, так и не раскрыв им своей истинной силы. Хотя все они носят другие имена и обладают другими свойствами (указанными ниже), их изначальным предназначением была защита носителя от воздействия Тома Тайн. Именно благодаря этой защите от разум-иссушающей магии артефакта, носители этих колец одни могли открывать и читать том, обретая знания, украденные у столь многих других. Самой Джанайре так и не довелось почерпнуть знания из собственного тома — за исключением времени его создания. Из всех, кто когда-либо узнал о скрытых силах Колец Джанайры, лишь Шун VII и Шангалар Чёрный из Кривой Руны сумели безопасно изучить Том Джанайры.

Все кольца: скрытые чары на всех этих кольцах намертво связывают их с пальцем носителя, и снять их невозможно вплоть до смерти носителя либо отсечения пальца или руки. Когда такое случается, все Кольца Джанайры безошибочно телепортируются к назначенным наследникам (избранным в своё время, пока кольцо ещё носили). Если наследника кольца не существует или он не был избран (кем-то, кто не знал, какое кольцо носит), кольцо телепортируется на 2d100 миль от места гибели прежнего носителя.

Кольцо Леса Джанайры (изумруд): это кольцо постоянно даёт эффект дружбы с животными, а заклинание опутывание можно накладывать трижды в день.

Последнее известное местонахождение: это кольцо покоится на левой руке Фаары Быстрый Лук (БГ пэж В8), искательницы приключений из Мосстоуна и проводницы караванов через лес Тетир. Её возлюбленный-эльф нашёл кольцо на дне питаемого родником пруда в лесу и подарил ей как обручальное. Она знает, что кольцо не снимается, но не пыталась узнать о нём больше.

Кольцо Ночи Джанайры (гагат): это кольцо постоянно даёт (или добавляет) базовый 65-процентный шанс скрыться в тенях. Также трижды в день позволяет накладывать заклинание тьма радиусом 15 футов.

Последнее известное местонахождение: некогда это кольцо покоилось на пальце Шангалара Чёрного, пока тот был жив, но после его смерти и превращения в лича, коим он остаётся по сей день, Кольцо Ночи исчезло с его руки. В последний раз его видели в Год Латной Рукавицы (1369 ЛД) среди груды ставок высокорисковой карточной игры в «Зевающем портале» Глубоководья. Завязалась потасовка, и когда драка утихла, исчезли не только деньги, но и кольцо.

Кольцо Моря Джанайры (сапфир): личное кольцо Джанайры постоянно даёт силы, идентичные жемчужине сирен. Трижды в день носитель также может накладывать заклинание сотворение воды на уровне 5-го жреца.

Последнее известное местонахождение: это кольцо ныне покоится на пальце волшебника Джакала (ДБ чм М16), наставника в Академии Мистиков в Ллорбауте на берегу Глубокого Промыва. Поскольку он нашёл кольцо в приливных заводях Глубокого Промыва, он полагает, что и Том Джанайры покоится где-то под водой, и уже много лет ищет его. Он знает силу кольца, которое носит, и хочет заполучить том, чтобы поделиться заключённым в нём знанием со своими учениками в Академии Мистиков.

Плащ оружия Наджара

Легенды об этом предмете многочисленны и разнообразны, но мало кто узнал бы в Плаще оружия Наджара то, что рисуют слухи, — «алый бархатный плащ с вышитым оружием, оживающим в его руках» или «чёрный, как ночь, плащ, что хлещет врагов, будто живой». На деле плащ оружия выглядит как простой белый льняной плащ, и единственный способ опознать в нём легендарное одеяние шика Наджара — ощупать изнанку плаща и капюшона. У него есть шёлковая подкладка, а между ней и льняным верхом скрыта мягкая, выделанная шкура смещающего зверя. Даже на просвет эта шкура (как и любая другая деталь) незаметна, и свет проходит сквозь плащ почти как сквозь газовую ткань.

Пожизненный враг Викаэны, шик Наджар зачаровал этот плащ так, чтобы всегда иметь при себе оружие. После взаимного падения враждующих домов плащ оружия стал одной из самых желанных вещей среди воинов и солдат региона Сияющего моря. После многих веков смены владельцев плащ был присвоен старшими амлаккарами Калимпорта и стал знаком чести, который носил старший телохранитель силь-паши Калимпорта.

Всякий, кто носит этот плащ, может запустить руку в его складки и магически извлечь любое оружие, ранее туда помещённое. Предметы хранятся в пространстве, подобном сумке хранения, — каждый предмет однократно оборачивается тканью плаща. Плащ вмещает не более 25 фунтов неживого материала общим весом, при этом размер предмета ограничен тем, что можно полностью обернуть шестифутовым плащом. Иными словами, древковое оружие или двуручные мечи внутрь не поместятся, но двадцать пять кинжалов или шесть длинных мечей вполне могут в нём храниться. Никакое количество спрятанных предметов не меняет вес или облик плаща. Носитель плаща, коснувшись его подкладки, немедленно узнаёт, что хранится в его волшебных складках. За один раунд можно извлечь в руку носителя лишь один предмет.

Последнее известное местонахождение: в Год Латной Рукавицы (1370 ЛД) нынешний носитель плаща оружия скончался от Бутылочно-туманных чумных поветрий в Альмрайвене, где готовился к визиту силь-паши. Многие, включая самого силь-пашу, полагают, что плащ был уничтожен, но он пережил пожар. В суматохе, когда множество людей на пристани города самопроизвольно вспыхивали из-за загадочного тумана, мало кто заметил, кто подобрал безупречно белый шёлковый плащ из груды пепла, оставшейся от Имала адх Песархала. Поскольку многие вскоре покинули Альмрайвен после начала Пылающей чумы, носитель плаща оружия теперь может быть где угодно.

Антистекло Саарканлита

Древнее зеркало в полный рост из полированного серебра в бронзовой оправе — Антистекло Саарканлита на первый взгляд представляет собой шедевр позднего шунского металлического мастерства. Само овальное зеркало растянуто на пять футов в длину и почти на три фута в ширину. Его бронзовая оправа покоится на широких плоских драконьих лапах, а сама оправа, охватывающая зеркало, изображает дракона, чья голова смыкает челюсти на зеркале сверху. Со спины бронзовая работа завершает облик дракона во всех подробностях. Драконьи крылья снабжены петлями и оборачиваются вокруг боков, служа створками, закрывающими зеркало. Когда крылья раскрыты, дополнительные зеркала на внутренней стороне крыльев позволяют видеть отражённого человека сразу с трёх сторон.

Саарканлит, некогда придворный советник-волшебник при дворе Кайсара Амаля Шуна II, создал это зеркало по велению кайсара, чтобы усмирить гордыню его шести чрезмерно самонадеянных сыновей, считавших себя выше всех и всего и начавших враждовать между собой. Кайсар хотел, чтобы у них появились враги, равные им самим, — чтобы научить их смирению, удержать от вражды друг с другом и в конечном счёте подтолкнуть братьев к сотрудничеству против общих противников.

Когда антистекло было завершено в Год Отзвучавшей Пропасти (68 ЛД), каждому из братьев сшили новое платье, и они впервые увидели себя в мистическом зеркале. Младший и трое старших сыновей-воинов были убиты магией в течение года, хотя они сами (или их слуги) успели убить магов, доведших их до гибели. Четвёртый же сын тем временем безумно влюбился в прекрасную тетирянку и предложил ей руку, намереваясь сделать её будущей супругой кайсара. К несчастью, во время свадебного обряда шестой сын набросился на невесту и убил её сразу по завершении обрядов, ибо она — как он лишь тогда узнал — была его заклятым врагом.

Так пал брат от руки брата — скорбящий жених отомстил за чудовищную смерть своей жены, и храмовые колокола вместо радости возвестили смерть.

Выбор нового наследника лёг на плечи Кайсара Шуна II, и он избрал своего племянника — второго сына давно почившего старшего брата, Камара Шуна. Юноша по имени Вимар отличался неуёмным любопытством и, обследуя Имперский дворец, нашёл и заглянул в антизеркало. Будучи волшебником, он быстро понял, что произошло, и предостерёг жену и детей никогда не входить в комнату, где хранилось Антизеркало Саарканлита. Вскоре Вимар всё же встретился со своим немезисом и одолел его в почётной магической дуэли перед двором кайсара. Вимар оказался единственным, кто с честью прошёл испытания дяди, но, увы, его несогласие с религиозными чистками кайсара разгневало правителя (да и многих при дворе). Он умер от яда, поднесённого агентом визара его отца, так и не приблизившись к трону.

Где-то во времена правления третьего сына Вимара (Кайсара Шуна III) Антизеркало Саарканлита исчезло из имперской столицы Шунаха вместе со своим создателем. За минувшие двенадцать столетий зеркало не раз всплывало в самых разных местах, и истинное его предназначение по-прежнему остаётся загадкой.

Это древнее и уникальное зеркало противостояния порождает немезиса — злого двойника того, кто в него смотрится. В отличие от обычного зеркала противостояния, враг не материализуется прямо перед зеркалом: вместо этого его телепортирует куда-то на тот же мир, где находится персонаж, и он становится случайной угрозой где-то в Королевствах. Впервые заглянув в антизеркало, человек не видит собственного отражения. Если он отступает от зеркала в течение раунда, немезис не создаётся. Но если он остаётся перед антизеркалом дольше раунда, отражение начинает медленно проступать. Когда отражение становится полным и ясным, это означает, что немезис уже полностью сформирован и находится где-то в Королевствах. Единственный иной намёк на то, что творится магия, — это то, что отражённый свет на миг слабо вспыхивает вокруг фигуры (или фигур) отражения в момент магического создания и телепортации немезиса.

Немезис редко бывает точной копией отражённого — чаще это сплав образов тех, кого персонаж считает своими врагами, наделённый навыками, которые либо повторяют, либо противостоят умениям отражённого персонажа. Будь то точный двойник или совершенно новое существо, мировоззрение отражения всегда диаметрально противоположно мировоззрению смотрящего. Например, жрица Лолт из дроу увидит в зеркале своего немезиса — им может стать жрец-мужчина золотых эльфов, служащий Корелону Ларетиану; её точная физическая копия, но жрица Эйлистри из дроу; жрец-мужчина Ваэрауна из дроу — и так далее.

Оба существа (персонаж и его немезис) знают о существовании друг друга, но узнают об этом лишь на протяжении года, видя друг друга во снах и мысленных битвах насмерть. Они не разделяют никаких особых чувств, позволяющих узнать друг друга среди прочих людей, — до тех пор, пока не окажутся в пределах 30 футов друг от друга. Тогда они немедленно узнают друг друга и должны пройти проверки Интеллекта и Мудрости (со штрафом −3), чтобы удержаться от немедленной попытки убить своё «отражение».

Последнее известное местонахождение: в последний раз мистическое зеркало видели в подвалах под главным зданием виллы леди Ланции Динахар из Уэстгейта, в Год Лука (1354 ЛД). Друг семьи, мудрец, торгующий мистическими вещами, рассказал леди, что она купила в подарок дочери, и антизеркало было завёрнуто в мешковину (чтобы не привлекать внимания) и убрано в бывшую тюремную камеру за винными погребами. Хотя мудрец настаивал, что Антизеркало Саарканлита следует изучить и хранить в надёжных руках — таких организаций, как Арфисты или Военные маги Кормира, — вечно параноидальные члены клана Динахар предпочли оставить зеркало у себя, опасаясь, что оно попадёт к их врагам. Больше десяти лет никто не проверял, стоит ли зеркало на прежнем месте, — из страха, что оно может активироваться, и мастеру предстоит решить, пылится ли оно до сих пор в подвале или было давно похищено предприимчивыми и ловкими ворами.

Кольца Кайсаров

Так называют собирательно большинство волшебных колец, изготовленных исключительно для императоров Шуна. Каталогизированные и опознанные писцом-рабом Ративом им Шуном в Год Странствующих Королей (356 ЛД), а позднее описанные в труде «Магии Юга» атхатланского герольда Затана Стрелолёта, Кольца Кайсаров насчитывали двенадцать штук и легко отличались от прочих волшебных колец по тому, что происходило при их надевании или использовании: ободки колец сами перестраивались в согласии с натурой того, кто их надевал. Если кольцо надевал жрец, ободок перевивался так, что нити шли вертикально вдоль кольца; волшебники же не видели никаких изменений в стандартном зигзагообразном плетении. Воины и воры наблюдали, как кольца слегка оплавлялись, превращаясь в плоские ободки, хотя зигзагообразный узор сохранялся, но выглядел более гладким.

Последние известные местонахождения: во время и после падения Шуна Кольца Кайсаров так и не были найдены — их тайно распределил по разным местам визар последнего кайсара. Для отдельных колец ниже указаны их последние известные местонахождения; впрочем, история того, как каждое из них попало туда, где находится сегодня, столь же запутана, как и девять столетий, минувшие с их последнего сбора воедино.

Семь из двенадцати колец перечислены ниже вместе с их официальными названиями, описаниями и силами. Поскольку кайсар, при котором проводилась каталогизация, был волшебником, приведённые описания даны с точки зрения магической школы волшебников.

Перевязь Ксамара

Кожаная перевязь, выделанная из шкуры чёрного дракона и вымоченная в паучьем яде, срастается с носителем сразу после надевания, становясь подобной чёрной чешуйчатой татуировке на его груди. Она даёт следующие силы:

Проклятие: спустя 2d6 лет ношения перевязи (а снять её после надевания можно не иначе как с помощью хотя бы ограниченного желания) носителя настигает судьба первоначального владельца предмета. Некий алчный калишитский вор заставил мага создать для него эту вещь, но не понял заложенного в ней проклятия, и, за почти десять лет прославив своё имя и имя своей перевязи, он полностью превратился в гигантского паука. Та же участь ждёт любого, на кого падёт проклятие ношения перевязи, — независимо от того, пользовался он её силами или нет. Легенды, связанные с этим предметом, гласят, что все его носители исчезают примерно через 10 лет, но никогда не уточняют, как и куда. Сам предмет возвращается в вещественное состояние сразу по завершении превращения в гигантского паука. Способы снятия проклятия, если таковые вообще существуют, остаются на усмотрение мастера, но они должны быть чрезвычайно трудными.

Артефакты

Мало кто способен различить тонкую грань, отделяющую артефакты от многочисленных нестандартных волшебных предметов Земель Паши. Проще говоря, артефакты обходятся куда дороже — как в создании (материалы и магия), так и в использовании (навлекаемые проклятия) и в уничтожении (уникальные, из ряда вон выходящие способы). Хотя многие из уже описанных предметов сами по себе весьма могущественны, они не являются артефактами, поскольку при их создании не предпринималось мер, гарантирующих неуничтожимость.

Том Джанайры (Том Тайн)

Эта уникальная книга — небольшой (девять дюймов в квадрате), почти неприметный томик тёмно-рыжей кожи, тиснённый печатями, напоминающими священный символ Денейра. Однако вместо свечи над оком знания здесь око служит рукоятью длинного меча. Изображение это едва заметно, и книгу нужно рассматривать под разными углами, чтобы разглядеть тиснение. Том скреплён массивной бронзовой петлёй. На корешке обычно проступает имя последнего, кто оставил в томе свои тайны, — не обязательно последнего, кто к нему прикасался.

История

Джанайра была женой высокопоставленного придворного назира и в своё время создала немало волшебных предметов для двора кайсара. Неведомо для мужа, Джанайра на деле работала против власти Шуна как тетирская повстанка, и именно в этой борьбе родился Том Тайн.

Том Джанайры был создан совместными усилиями самой Джанайры, жреца Денейра и эльфа из Шилмисты. Создававшийся на протяжении 21 года наряду с кольцами Джанайры (см. выше), Том Тайн изначально задумывался как способ быстро и полностью обмениваться сведениями между магами, жрецами и всеми, кто был причастен к делу свержения власти Шуна над Тетиром и прочими землями Империй Сияющего моря. Из-за трудностей в процессе зачарования (порождённых попытками смешать эльфийское чародейство с человеческим волшебством и жреческой магией) Том Тайн обрёл бытие с силой куда менее подконтрольной и куда более злокозненной, чем задумывалось. И всё же, обладая этим великим артефактом, заговорщики продолжили план низложения Кайсара Шуна IV.

В Год Мага-Громовержца (255 ЛД) уроженка Тетира Джанайра привела в действие свой многолетний план. Преподнеся Кайсару Шуну IV свою книгу, Том Тайн немедленно начал высасывать из кайсара знания, лишив его при этом способности творить заклинания. Джанайра тотчас вступила в магическую схватку, пока он оставался магически прикован к книге. Не окажись в тот день посторонних свидетелей, Джанайра, возможно, стала бы величайшей героиней Тетира — Убийцей Шуна. Но вместо этого двор охватил хаос, и в тот самый миг, когда Джанайра собиралась испепелить кайсара огнём, она пала от собственного скимитара своего мужа. Другие вырвали том из магически замороженных рук кайсара — и погибли, когда их разум был поглощён книгой.

Том Тайн оставался в руках Шуна почти весь оставшийся период существования Империи. Одно из колец Джанайры досталось Шуну VII, как и Шангалару Чёрному, и они с большим успехом использовали том в своё время — чтобы допрашивать упрямых шпионов или похищать тайны (и жизни) своих врагов-волшебников. Том Тайн оказался одним из немногих артефактов, не попавших в когти дракона Ириклагатры после Пожара Шунаха. С падением мамелюков в Седьмую эпоху Том Джанайры затерялся на долгие века.

Применение в кампании

Эта книга, хоть и создана ради благородной цели, есть творение изъянное и почти неуправляемое. Волшебники, обладающие хоть каплей совести, ищут том лишь затем, чтобы запереть его подальше от тех, у кого совести меньше. За всю свою историю Том Тайн погубил немало людей, но раскрыл не так уж много тайн — очень немногие из носивших кольца Джанайры когда-либо сталкивались с самим томом.

Величайшая опасность Тома Тайн — в его использовании теми, кто торгует тайнами, магией и властью. Достаточно заклинания телекинеза, чтобы спрятать книгу среди других книг волшебника, и остаётся только дождаться, когда незадачливый маг коснётся тома, — и тот начнёт пожирать все его знания. Поскольку никакая ментальная защита не спасает от кражи томом самых сокровенных мыслей, его применение против таких видных фигур, как король Азун IV, Вангердахаст или Пирджерон Кормира, или Хелбен Арунсун Глубоководья, может обернуться настоящей катастрофой (особенно для тех, чьи тайны они хранят).

Силы

Том Тайн можно переместить телекинезом либо просто взяв стол или иную поверхность, на которой он лежит, и переместив её. Накидывание ткани, чтобы забрать его свёртком, не защищает несущего от воздействия тома. Однако накрытие тома открытым сундуком с последующим опрокидыванием прежней подставки, чтобы том упал внутрь сундука, уже не раз применялось для похищения Тома Джанайры. Никакая магия, псионика или физическая сила не может открыть переплёт тома. Лишь носитель одного из колец Джанайры способен коснуться тома, не вызвав его силы.

Постоянно действующее: в тот миг, когда незащищённый живой человек касается тома, тот начинает поглощать воспоминания и очки опыта этого человека (спасбросок не положен). Пальцы жертвы мгновенно намертво стискивают том, и жертва оказывается парализована. Внешне у жертв Тома Тайн в глазах и под ногтями мерцает переливчатая энергия — так артефакт вытягивает из них знания и жизнь.

Процесс поглощения и записи начинается с самых свежих воспоминаний и переживаний жертвы, стирая их из разума человека со скоростью 500 очков опыта за раунд. Он причиняет первоначальный шок в размере 1d6 очков урона, а затем ещё 2 очка урона за каждый ход. Каждый раунд жертва безвозвратно теряет память о предшествующих 24 часах. Раз за ход, сразу после получения урона, у жертвы есть шанс попытаться пройти проверку «Согнуть прутья» со штрафом −25%. Это единственный способ, которым одиночный персонаж может освободиться от тома; другие могут вырвать том из пальцев жертвы, но, если сами не носят одно из колец Джанайры, тоже становятся его жертвами.

Всё это время Том Тайн записывает каждую мысль, воспоминание и переживание персонажа для того, кто впоследствии станет его читателем. Сколько бы сведений ни было записано в томе, его размер никогда не меняется: страницы попросту магически отслаиваются от внутренней стороны переплёта, если информации накопилось больше, чем можно уместить на 100 листах пергамента, — до тех пор, пока записанное не будет прочитано.

По воле владельца: если читатель Тома Тайн носит одно из колец Джанайры, она может коснуться артефакта, не опасаясь его постоянных сил. Она также способна почерпнуть знания тома и получить его величайшие блага:

Если читатель прочтёт целиком записанную жизнь и переживания жертвы, погибшей от магии тома, существует 10-процентный шанс, что разум и личность читателя будут поглощены изученной личностью. По сути, эта личность обретает бытие заново и отныне обитает в теле читателя, а собственный изначальный разум и личность читателя исчезают навсегда. Этому ментальному захвату можно противостоять успешным спасброском против заклинаний (каждое очко Интеллекта выше 15 у читателя даёт +1 к спасброску; каждое очко Интеллекта выше 15 у жертвы даёт −1 штраф к спасброску).

Попытки воскресить или поднять из мёртвых погибшего от контакта с Томом Джанайры вернут тело к жизни, но разум жертвы окажется пуст, лишённый всех знаний, утраченных в томе. Единственный способ вернуть их к прежнему состоянию — желания либо обучение чтению с последующим обретением как самого тома, так и одного из колец Джанайры, чтобы человек мог прочесть о своей прежней жизни и вернуть утраченные знания таким путём. Среди тех, кто хорошо разбирается в преданиях о Томе Тайн, ходят даже тихие слухи, что погружение тома в родную яму грязевиков способно рассеять знания умершего человека в грязи, а последующее применение заклинаний превращения грязи в камень и превращения камня в рыбу может отчасти восстановить утраченную личность.

Проклятие: на Том Тайн наложены два отдельных проклятия — если персонаж погибает в контакте с книгой, [его дух] станет призраком, привязанным к тому.

Способы уничтожения

Посох Шуна

Этот восьмифутовый посох издали выглядит как длинный, тонкий шест, вырезанный из узловатой белой берёзы. При ближайшем рассмотрении легко понять, что материал скорее похож на слоновую кость, а те, кто видел посох прежде, узнают в нём сросшийся пучок из 12 рогов единорогов. Самая широкая часть посоха — пять рогов наверху, сужающихся к двум пучкам по три рога (все остриями вниз), а завершается посох одним рогом, обращённым остриём вверх.

В прошлом Шун VII скрывал истинное устройство посоха иллюзией, из-за которой тот выглядел как тонкий хрустальный посох, увенчанный сапфиром. За девять веков, проведённых в логове Острозубой, иллюзия развеялась, и теперь посох выглядит таким, каков он есть на самом деле.

История

Многие годы бытует предположение, что Некрокайсар Шун VII с самого начала замышлял истребить стада единорогов Шилмисты в Год Скорбных Рогов (355 ЛД) просто потому, что их чистота его раздражала. Если говорить прямо, Шуну было совершенно безразлично что до единорогов, что до эльфов. Всё его внимание было сосредоточено на власти над империей и на своей магии. Когда его планы потребовали жертвоприношения и крови дюжины единорогов, он без колебаний перебил единорогов (и эльфов, пытавшихся их защитить) — просто чтобы подготовить компоненты для чар над своей величайшей волшебной книгой, Томом Единорога.

И всё же острый ум Шуна разглядел в этих единорогах силу, выходящую за пределы сиюминутной надобности в их крови. Собрав их туши в своём святилище в глубине Имперской горы Шунаха, Шун VII также создал из «останков плоти, слабой в своей смертности» Посох Шуна. Так что, хотя этот предмет и обладает немалой силой, в глазах самого Шуна он не представлял собой крупного проекта — скорее, попытку не потратить впустую полезную магию. Он редко считал его вещью большой важности, но потеря посоха в пользу своего заклятого врага-дракона, Острозубой, задела его гордость. До конца своего правления Шун искал посох уже не столько ради его силы, сколько ради восстановления собственной гордости.

С Года Боевых Когтей (358 ЛД) Посох Шуна находится во владении синего дракона Ириклагатры по прозвищу Острозубая. Поскольку никто ещё не входил в её логово и не покидал его живым (разве что духом, отправляясь к последней награде), никто не знает, хранится ли посох у неё до сих пор. Посох Шуна вспоминают наряду с Томом Единорога как символы порочности Шуна VII и общего зла Империи Шун — не из-за какого-либо великого бедствия, вызванного силой самого предмета.

Посох долгие века покоился в сокровищнице синего дракона Ириклагатры по прозвищу Острозубая — с тех самых пор, как она похитила его из рук самого Кайсара Шуна VII. Она почти не заинтересована в использовании посоха и не желает его продавать. В то время как иные драконы жаждут сведений или влияния, Ириклагатра копит всю свою магию и всё своё золото. Она давно знает о Сапфиракатре, синем драколиче, и желает использовать свои магические сокровища и силу, чтобы войти в его круги власти. Если это не удастся, она продолжает наращивать собственную мощь, готовясь к неизбежному столкновению с Балагосом Летучим Пламенем и Чарвекканатором Алым, двумя красными змеями региона, стоящими на пути к её «заслуженному» титулу Дракона-Владыки южного Фаэруна.

Шун VII, ныне скрывающийся под личиной Залланоры Аргентресс из Капюшонных Волшебников Амна, также стремится вернуть себе прежнюю силу и намерен вернуть всё, что некогда принадлежало ему. Разумеется, сюда входит и посох. Он выжидает удобного момента для встречи с Ириклагатрой, желая, чтобы его месть была безупречной (к тому же он не хочет повторить свою почти-неудачу в их прошлой встрече, случившейся более девяти веков назад).

Применение в кампании

Всякий, кто несёт этот посох, вызывает у многих людей немедленный отклик чувств, и потому немало врагов церквей Мелики или Лурю ищут этот посох лишь затем, чтобы воспользоваться его сводящим с ума влиянием и сделать своих недругов неосторожными.

Истребление более двух десятков единорогов ради создания Тома Единорога и Посоха Шуна остаётся одним из величайших злодеяний, что кайсары Шуна причинили миру, и до сих пор терзает умы многих, кто чтит этих благородных созданий как нечто священное.

Силы

Посох Шуна — волшебный посох +2 (бонус к броскам атаки и урона). Основные силы описаны ниже.

Постоянно действующее:

По воле владельца носитель Посоха Шуна может вызвать следующие силы:

Проклятие: учитывая силу этого артефакта и великое зло, совершённое при его создании, на носителя накладывается ряд проклятий, действующих столько дней (или месяцев, или лет), сколько персонаж владел Посохом Шуна.

Способы уничтожения

Следующая глава: «Слухи и толки» →